Митрофанова Павла

В перечне точек Терского берега есть имя «Митрофанова Павла». На современной карте района между селом Оленица и селом Кашкаранцы отдельного жилого села с таким названием нет. Не стоит искать вывеску, магазин и улицу. Их не обещают, потому что не видно, чтобы они были.

Что есть на этом перегоне: грейдер Умба–Варзуга, ель и сосна, речки, болота у колеи и Белое море южнее дороги, не всегда у обочины. Съезд к воде, если он есть, короткий и сырой. Напрямик через лес к «селу по имени» не едут. Лес здесь сажает машину без всякого села.

Оленица западнее, на своей реке, с берегом, где находят глендониты. Кашкаранцы восточнее, две улицы, маяк и Тихвинская церковь. Между ними десятки километров почти без домов. Вот этот пустой кусок и есть место, куда садится данное имя, пока не найдено иное.

Я не добавляю к имени часовню, год основания и число жителей. Этого в дороге не видно, и выдумывать нельзя. Если местные назовут урочище, дом или старую тоню этими словами, слушать нужно их, не путеводитель, который повторил строку списка.

Дорога пыльная в июле и мягкая в июне. Встречная машина поднимает стену, обочина мягкая, разъезд редкий. Скорость низкая. Запасное колесо важнее гипотезы о деревне. Бак полный из Умбы: на перегоне не нальют ни при каком имени на бумаге.

Связь пропадает надолго. Точку на карте с подписью села ждать бесполезно. Ориентиры живые — мосты через речки, километраж до Кашкаранцев и съезды, которые ведут к морю, а не в чащу. Съезд без следа колёс не проверяют первым.

В июне комар в лесу у колеи густой, на открытом продуве слабее. В сентябре рано темнеет, и пустой перегон в темноте длиннее, чем днём. Сезон, когда этот грунт вообще едут, — июнь–сентябрь. Ночью его не «добирают до имени».

Море на этом отрезке южнее. Чтобы его увидеть, нужен съезд и пеший край, прилив, ил. Это тот же Белый берег, что у Оленицы и Кашкаранцев, без отдельной набережной. Машину на лайде не оставляют.

Если впереди Кашкаранцы, там есть что смотреть точно: дома, церковь, маяк. Если позади Оленица, там река и рогульки. Имя между ними не обязано становиться третьим селом, чтобы день был понятным.

Палатку ставят только там, где твёрдо, сухо и не чужой покос. Костёр в придорожном лесу в сухой июль не разводят. Мусор не оставляют «у поворота на Митрофаново»: такого поворота можете не найти, а пакет останется.

Кто выяснит у жителей Оленицы или Кашкаранцев, что имя значит на самом деле, будет знать больше этой страницы. До тех пор честная остановка — сам перегон: колея, лес, редкий мост, море в стороне, и бак, которого хватит до Умбы.