Кашкаранский маяк

Маяк в Кашкаранцах принадлежит гидрометеорологической станции, не музею. Он стоит на низком берегу Белого моря, его видно от домов. Башня небольшая на фоне моря, зато на ровном берегу она одна такая по высоте рядом с церковью.

На башню гостей не пускают и не надо просить. Забор и служебный двор не перелезают. Смотрят с берега: белая или светлая вертикаль, море, водоросли, низкое небо. Этого достаточно.

Прилив здесь широкий, потому что берег плоский. К подножию, которое в отлив кажется сухим, в прилив подходит вода. Машину оставляют у села, выше ила. Пешком по камням, не по чужим мосткам станции.

Приборы вокруг маяка работают. Их не трогают, не поправляют и не закрывают собой кадр, если человек со станции вышел к датчику. Дорогу сотруднику не перекрывают.

Тихвинская церковь стоит в том же селе, на том же берегу, но это другое здание. Маяк не церковная колокольня. Часовня инока ещё дальше по дороге, у 108-го километра. Три разных точки.

Дорога — грейдер от Умбы. В пыльный июль маяк выныривает из пыли только когда уже съехали к домам. В мокрый июнь к берегу можно не пройти по раскисшему съезду. Сезон июнь–сентябрь.

Ветер на низком берегу холодный. Куртка нужна в июле. Комар остаётся в траве у домов, у воды его меньше. В сентябре свет кончается рано, и обратно по грейдеру лучше не в темноте.

Связи может не быть. Ориентир — сама башня. Если туман сел на море, маяк виден ближе, чем горизонт. К кромке в туман не идут по илу: направление воды обманывает.

Рядом нет кафе и сувениров «с маяком». Село жилое и маленькое. Покупать нечего, и это нормально. Вода и еда из Умбы.

Ночью огонь, если он работает в этот сезон, виден с берега без подъёма на башню. Ради ночного кадра не остаются в иле. Возвращаются к твёрдой земле до темноты, если не ночуете в селе по договорённости.

Мусор у маяка не оставляют. Чужие верёвки и буи не сувенир. Обратно на грейдер и в сторону Умбы или Варзуги — с полным пониманием, сколько ещё бензина, потому что здесь его не нальют.

В туман с берега ждут силуэт, а не идут в воду на звук. Башня никуда не денется, ил в прилив становится ловушкой для ботинка.